Зимой 1941 года до Москвы оставалось меньше тридцати километров. В ночь на 5 декабря у деревни Козино немецкая пехота пошла на штурм. Солдаты проваливались в глубокий снег, когда один из них заметил тонкий металлический провод, тянущийся по насту. Через секунду землю расколола голубая вспышка, и первые ряды атакующих рухнули, не сделав ни единого выстрела. Те, кто остался жив, в панике бежали, не понимая, что их убило.

Дмитрий Кривозуб, начальник подрайона Управления спецработ, сидел в землянке в двадцати пяти километрах от столицы. Перед ним стоял рубильник, от которого уходили провода к линии заграждения. Он видел в бинокль серые фигуры, приближающиеся к переднему краю. Несколько дней он ждал этого момента, ощущая, как мороз пробирает даже в укрытии. Когда до врага оставалось около полусотни метров, он перевел рубильник. Гул трансформатора нарастал, и в воздухе резко запахло озоном. Немецкие солдаты один за другим падали в снег, их тела бились в судорогах. Танки остановились — экипажи погибли от удара током. Выжившие уносили ноги, а Кривозуб, глядя на поле, понимал: это сработало.

За линией наших окопов оказалась выстроена третья линия обороны — не из бетона и стали, а электрическая дуга протяженностью 230 километров. Она опоясывала Москву от Химок до Домодедова. 37 трансформаторных станций были спрятаны под видом обычных землянок, которые невозможно отличить с воздуха. Строили это заграждение более полутора сотен инженеров из «Мосэнерго», «Москабеля» и «Моссельэлектро», сведенных в 303-й инженерно-строительный батальон. Ни одна армия мира тогда не имела ничего подобного.

В рассекреченных документах Центрального архива Минобороны сохранился рапорт военного инженера Игоря Тихомирова: командир 258-го стрелкового полка приказал Кривозубу включить напряжение, и журнал включений велся со 2 по 5 декабря 1941 года. Генерал Михаил Иоффе, руководивший созданием этих систем, позже писал, что на подмосковных рубежах противник ни разу не сумел преодолеть электрические заграждения. Атака у Козино, где гитлеровцы были поражены током насмерть, стала тому подтверждением.

Мало кто знает, что впервые такое заграждение применили не под Москвой, а под Ленинградом в сентябре 1941 года. Инженер Александр Романов с группой электриков из «Ленэнерго» зарыли кабели у села Русско-Высоцкое и подключили их к трансформатору на две тысячи вольт. Когда фашистский батальон пошел в атаку, Романов замкнул рубильник. За несколько минут полегло более пятисот солдат. Противник решил, что русские применили секретное оружие, и накрыл позицию минометами — почти вся группа погибла, но время было выиграно. Позже такой же способ использовали на льду Ладожского озера для защиты «Дороги жизни» и под Сталинградом.

Эти инженеры, электрики и бойцы не совершали штыковых атак, но их мужество и хладнокровие под огнем спасали тысячи жизней. Они остались в тени, а их оружие долгие годы было государственной тайной.